elena glinkova = antonina delvig

скззочки

Антонина Дельвигг

Сашины сказки или сказки для крестницы.

    Новейшее Приключение Саши
Или
О Пользе Разнообразных Умений

Саша проснулась оттого, что кто-то настойчиво теребил ее за рукав. Не открывая глаз, она покачала головой – хотелось еще немного подремать: вчера были на речке, потом ходили в гости, где было очень и очень весело, вот она так и устала. Но тот, кто вознамерился ее разбудить, не унимался – хихикнув, пощекотал ее по щеке, после чего, поерзав, уселся рядышком на подушке. Сквозь смеженные ресницы Саша разглядела крахмальные юбки, сложенные на коленях крошечные ручки: на ее подушке удобно как на диване расположилась кукла.
«Да какая же это может быть кукла? Это Хиха пришла!» - наконец дошло до нее. Сон слетел мгновенно. В комнате было почти темно, птицы за окном неуверенно пробовали голос – еще только светало.
- Привет, что-то случилось? – тихонько проговорила Саша, она опасалась разбудить маму с Варей.
- Да, понимаешь… И да и нет, - со вздохом отозвалась крошечная старушка. - С нами-то все хорошо, Кур-Кур тоже в порядке… Но видишь ли, Ветер с востока принес с собой Шепот. Мы слушали очень внимательно… И вот что услышали: представляешь, скоро они все умрут от голода!
- Что за Шепот такой? – не поняла Саша. – И кто умирает?
- Я толком-то и не знаю. Ветер вообще трудно понять… То здесь слово услышишь, то там… что-то домыслишь… Некий крылатый народец томится в пещере под Синей горой, а из пещеры они не могут сами выбраться. Вот они и рассылают с Ветром мольбы о помощи. И мы решили им помочь… Уж мы-то знаем, как это сидеть под землей без пищи и воды! Если б тогда не ты…
- Угу, - сосредоточенно пробормотала девочка, выбираясь из постели. – Конечно же, вам понадобится моя силища. Думаю, стоит прихватить теплые вещи.

    Рюкзак пришлось тащить за собой волоком – в Дыре и без того тесно, едва ползешь – и Саша вздохнула с большим облегчением, когда под ней оказался дощатый пол Дупла. Оставив рюкзак в углу, Саша вслед за Хихой прошла по большому пустующему залу к выходу. Вся компания, похоже, собралась тут, под кроной векового вяза. Было шумно, работа кипела – крошечные старички ловко распускали на доски бревна игрушечными с виду двуручными пилами; готовые доски по нескольку человек уносили куда-то вниз к реке. Подоткнув длинные юбки, старушонки собирали сучья и опилки в корзины и относили к дымящему костру, над которым в котле булькало какое-то черное варево. Судя по чаду и запаху, это была смола. Малыши явно собрались построить для своего путешествия лодку.
Все вокруг были заняты каким-то важным делом, и лишь одно только существо бездельничало: возможно, вы даже догадались кто именно. Совершенно верно, орел Кур-Кур. Он сидел на нижней ветке старого вяза, время от времени лениво приглаживая клювом выбившиеся перья. Хрустальные очки посверкивали на его голове, как корона верховного правителя.
- Ого, кого я вижу! – радостно заклекотал он при появлении Саши. – Расступитесь, старичьё, я намерен спуститься. Кыш-кыш-кыш, я уже иду!
Распустив крылья, он тяжело спланировал на землю. Малыши послушно посторонились, но сразу вернулись к прерванной работе.
- Слушаются, ископаемые! – довольно выкрикнул Кур-Кур. – Как я их выдрессировал, заметила?
- Все-таки ты совершенно невоспитанная птица! –возмущенно воскликнула Саша в ответ.
- Это, очевидно, вместо «здрасьте»? – насмешливо взглянул на нее Кур-Кур. – Именно так поступают все «воспитанные» девочки, да? Не спрашивают «как дела?», «как твое здоровье?», но первым делом сообщают о твоих недостатках!
Саша смутилась.
- Извини… Доброе утро.
- С этого стоило начинать! – покивал головой орел. - Добрый вечер.
Саша посмотрела на него с удивлением.
- Почему «вечер»? Сейчас еще раннее утро!
- Потому что я обижен и буду пребывать в этом состоянии до вечера. Поэтому «добрый вечер». Насчет «утра» сказать ничего хорошего не могу.
- Вы его совершенно распустили, - повернулась девочка к Хихе. – Мало того, что он ничего не делает, он еще всем грубит!
Хиха в ответ наморщила нос, потрясла головой.
- Что ты, что ты! Как так «ничего не делает»? Он работает, нас охраняет! Без него мы боялись бы нос из своего Дупла наружу высунуть… ну, после того случая, когда злая Немисса заточила нас в подземелье… А с ним мы не боимся отправиться в поход, чтобы вызволить из беды других несчастных!
- Теперь тебе, надеюсь, все ясно? – небрежно бросил орел. – «Ничего не делает!» Я работаю от рассвета до заката и устаю как собака!
- От чего, интересно? От того, что рассиживаешься целый день на ветке?  
- А вот сама попробовала бы посидеть! Знаешь, какая скучища! – он потряс головой. – Обалдеть можно! Одно утешение, кормят хорошо. Кстати… - тут он строго взглянул в сторону Хихи. - Где второй завтрак? У меня кишки подвело!
- Второй завтрак? – не поверила своим ушам Саша. – Уже «второй»? То-то мне показалось, что ты растолстел!
- Ничего подобного! – упрямо мотнул головой Кур-Кур. – Ерунда! Сначала идет первый завтрак, потом второй… после ленч…  затем второй ленч… - он мечтательно посмотрел куда-то поверх деревьев. – Обед… Ну и так далее.
- Летать после этого не тяжеловато? – насмешливо фыркнула девочка.
- Такая работа, ничего не поделаешь, - с притворной грустью склонил голову Кур-Кур. – Можешь со мной за компанию перекусить, я тебя угощаю.
Тем временем Хиха с подручными уже расстелила на траве скатерку, расставила медные тазы полные горячих пирожков, большие крынки с молоком, и девочка явственно представив какие эти пирожки на вкус, напомнила себе, что уж она-то точно не успела позавтракать.
Поели с большим аппетитом оба. Хиха следила за ними с довольной улыбкой: стариков хлебом не корми, дай накормить других. Понятно, что когда они услышали Шепот Ветра, они не могли остаться равнодушными: кто-то в это самое мгновение погибает от голода.
Пока они ели, площадка под деревом опустела – все отправились к реке.
- А вы знаете, где находится эта самая Синяя Гора? – поинтересовалась девочка; гуськом они спускались вниз по склону, сначала вышагивал Кур-Кур, потом семенили они с Хихой.
- Старый Бубу отыскал в библиотеке старинные карты, где указано это место, - отозвалась старушонка. - Три дня пути вниз по реке. Не так уж далеко, мы надеемся успеть.
Добравшись, наконец, до берега, Саша буквально не поверила своим глазам: у причала покачивалась на воде целая флотилия! Она насчитала семь лодок! Кроме того было еще два плота. Один, нагруженный сундуками с провиантом, покачивался на воде, над вторым же на берегу трудилось несколько человек: они обливали горячим дымящимся варом доски пола, набитые поверх толстых бревен.
- Через час отплываем, - сдвинув набекрень свою шапочку, возбужденно сообщил Бубу, он был одет по-походному - в штаны и ветровку из чертовой кожи. – Проверьте, ничего не позабыли?
Тут Саша вспомнила о своем рюкзаке и повернула обратно к вязу. Очень своевременное напоминание.
Одна из лодок, как скоро выяснилось, предназначалась для Саши; если в другие помещалось по двадцать человек, то здесь было одно большое сиденье посередине - для нее, и два маленьких позади и спереди - для гребцов.
- Я бы на твоем месте так не рисковал, - критически осматривая лодку, сообщил Кур-Кур. Путешествовать по волнам в этой скорлупке! - Он громко постучал клювом по борту. - Летела бы себе спокойненько у меня на спине!
- Она не сможет столько дней просидеть без движения на твоей шее, у нее затекут руки. Это просто невозможно! – покачал головой Бубу.
- Ну, мы улетали бы вперед и поджидали бы вас на берегу.
- А кто нас будет в таком случае охранять, а? – поинтересовался Бубу. – Мы окажемся слишком легкой добычей!
- Вот чем кончается любая дурацкая «работа», видела? – Кур-Кур вытянул длинную плешивую шею в сторону девочки, очевидно рассчитывая на ее сочувствие. - Я требую себе выходной!
Саша тем временем осторожно перелезла через борт и уселась на сиденье. Лодка закачалась. Пахло свежей краской и варом. На дне плескалась вода, но немного.
- Сзади есть черпак. Доски скоро разбухнут, и течь закроется, - успокоительно пояснил Бубу.
- Ага, если только эта посудина предварительно не затонет! - язвительно отозвался Кур-Кур. – Ну, как хотите, мое дело предложить. – Тяжело разбежавшись по причалу, он взмыл в воздух. – Ухожу в дозор, - крикнул орел сверху, заламывая крутой вираж. – Охранять ваши доисторические кости от разграбления! Крикну вам, если вдруг примечу охотников за скелетами!
- Мы на него не обижаемся, - заметив, как девочка нахмурилась, успокоил ее старый Бубу.
- Это бессмысленно, - подумав, согласилась Саша.
Заняли свои места гребцы. Один из них отвязал от столбика веревку, и течение стало относить лодку от причала. Саша судорожно вцепилась руками в сиденье. Впрочем, у нее уже был опыт плавания по реке. Прошлым летом, вчетвером с мамой, папой и крестной Леной, они сплавлялись в резиновой лодке вниз по Истре. Сначала они тренировались на земле: залезли вчетвером в лодку – поместились в нее с большим трудом! - и хохотали как безумные, собирая удивленных зрителей. Один из них даже приказал своей овчарке сесть рядом. Овчарка важно позировала у оранжевой лодки, папа помахивал в воздухе веслами - будто гребет, Леша фотографировал. Саша прекрасно помнит, как они отплыли. Леша помахал им на прощанье, а уверившись, что они нормально плывут вниз по течению, прыгнул в машину и поспешил по каким-то своим делам. И надо же, буквально в следующий момент они попали в затон! Спустя три минуты после отплытия! В том месте несколько деревьев, повалившись, наполовину  перегородили реку, и как папа ни выгребал двумя махонькими фанерными веслами, их неминуемо затягивало в эту западню: что-что, а течение в Истре сильное. Саша прекрасно помнит, как она голосила на всю округу, казалось, им оттуда ни за что не выбраться… Но все окончилось благополучно; выдернули из завала длинную дубину и, отталкиваясь ею как багром, минут через десять выбрались-таки обратно на чистую воду. А потом было уже очень хорошо и интересно… Плыли, загорали, купались. Видели цапель и вообще много всего…
Сейчас она, конечно, уже не стала бы так плакать: Саша повзрослела; кроме того, она не собирается демонстрировать малодушие перед малышами – по сравнению с ними она настоящий гигант! К ней и отношение такое, мол, ей любое дело по плечу! Хочешь, не хочешь, а придется перетерпеть все предстоящие лишения, какими бы они ни были. Так она для себя решила.
Лодка, покачиваясь, медленно выходила на середину реки. Саша обернулась. Маленькие люди – те, которые уходили в плавание - уже заняли свои места, и лодки отчаливали одна за другой. Оставшиеся махали им вслед. Саша тоже помахала и, отвернувшись, стала смотреть вперед. Путешествие началось.
Мимо медленно проплывали зеленые берега. Что там было за лесом – неизвестно, но Кур-Кур спокойно кружил над рекой, значит, никакой опасности. Гребцы понемногу приноровились, и лодки шли все быстрей и быстрей. Несколько часов спустя они по-прежнему плыли, берега почти не менялись, пора было размяться. Они причалили у песчаного плеса и выбрались на сушу. С непривычки немного покачивало. Быстро перекусили, и снова тронулись в путь. К сумеркам было пройдено намеченная на сегодня часть пути, по крайней мере, так сказал Бубу, сверившись с картой. Пора было устраиваться на ночлег.
Маленькие люди быстро развели костры и начали устанавливать палатки. Саша без сил повалилась на расстеленные для нее заботливой Хихой одеяла. Кур-Кур устроился поблизости. Нестерпимо пахло мокрым пером – орел только что искупался в реке. Саша решила и это неудобство перетерпеть, иначе обид будет! Попыталась представить себе, что за неимением другого убежища, ей приходиться ночевать в курятнике. Наверное, это подействовало, потому что спустя полминуты она уже крепко спала. Впрочем, может, девочка просто слишком устала…
Второй день походил на первый как брат-близнец. Берега реки стали несколько круче, а в остальном все было без изменений - никакие чудовища не подстерегали их на пути. На третий день показались горы. Они были невысокие, скорее, холмы, но чем дальше они продвигались, тем выше и круче те становились. Течение в реке тоже убыстрялось – крутые берега тесня, нависали над водой. Река стала бурливая, шумная, но они  быстро привыкли к ее новому звуку. Потом вдруг показалось, что шум нарастает; Саша прислушалась, точно! Она вгляделась: впереди посреди реки высилась скала - очевидно, она когда-то скатилась сюда с горы - о ее крутые бока с ревом билась вода. Гребцы тоже ее заметили, они напрягали все свои силы, чтобы обогнуть скалу – пройти поближе к берегу, но точно так же как в прошлогоднее плаванье, когда, несмотря на все старания папы, оранжевую резиновую лодку все равно тащило в затон, у малышей ничего не вышло. Течение-то - ого-го какое!
Но сейчас все было гораздо хуже. Лодка на полной скорости с треском врезалась в скалу. Седоки, как горох, посыпались кверху тормашками в разные стороны. Саша ушла под воду с головой. Не сразу она разобралась, где верх, где низ, а когда, наконец, вынырнула, увидела, что перед ней впереди высится еще один здоровенный валун. Девочка в ужасе колотила по воде руками… Еще мгновение, течение натолкнет ее на камень, и тогда…
Но ничего подобного не случилось. Острые когти царапнули ее по спине, подхватили за свитер, и в следующий момент она уже была в воздухе. Несколько взмахов гигантских крыльев, и Кур-Кур мягко опустил девочку на берег.
Тут только Саша перевела дыхание. Стянув с себя мокрый свитер, на котором зияли проделанные когтями дыры, она бросила его в траву и стала следить за спасательной операцией. Лодки плыли вверх дном, вокруг бултыхались маленькие люди. Орел выдергивал их из воды по одному и переносил на сушу. Некоторые выбирались на берег сами. Это продолжалось довольно долго – малышей-то было много!
- Я чувствую себя настоящей «армией спасения»! – пробурчал Кур-Кур, наконец, подлетая к девочке. – Большой армией! Только и занят тем, что спасаю, спасаю и спасаю… Сколько можно? То доведут несчастную колдунью до исступления, так что та уже не знает в какой подвал их спустить… То тонуть начинают… причем все сразу и без предупреждения. Жуть какая-то, честное слово! А лодки до чего тяжеленные, ты бы знала! Я едва не надорвался, пока вытянул их на берег!
- Спасибо тебе, - проговорила Саша с чувством. – Если б не ты…
- Да ладно, ерунда… чего там… - небрежно передернул крылом Кур-Кур, но было видно, что ему приятна ее благодарность. Отвернувшись, он оглядел копошащихся вокруг выловленной поклажи малышей. – Так, строимся в две шеренги! – громко приказал он. – Те, что слева, разводят костер, остальные готовят мне вкусный сытный ужин. И поторапливаемся!
- Разве слово «пожалуйста» нельзя добавить? – вздохнула девочка.
- Зачем? – удивился орел. – Стариканы и так все сделают. В лучшем виде!
Путаясь в длинных мокрых юбках, подбежала Хиха.
- Все вымокло! – отчаянно выкрикнула она. - Спички тоже, так что нечем зажечь костер, – уголки ее рта горестно опустились, – одежда не успеет высохнуть, скоро ночь, мы замерзнем…
Солнце и впрямь уже садилось. Саша зябко поежилась, зубы от холода начинали постукивать.
- Я не верю своим ушам! Вы что, сумасшедшие? – возмутился орел. – Неужели, отправляясь путешествовать по реке, вы не удосужились как следует упаковать спички? В промасленную бумагу… в коробочку… коробочку перетянуть резинкой… ну, как полагается! Неужели нет?
Хиха, вздохнув, виновато покачала головой.
- Мы никогда раньше не плавали по реке…
- Так вот и сидели бы себе дома! – раздраженно буркнул Кур-Кур. – «Шепот», видите ли, они услышали… Фантазеры! И как быть? Надо полагать, уже завтра с утра у всех начнется пневмония и что-то еще в этом роде… так? – он повернулся в сторону Саши. – Интересно, ты и теперь станешь их защищать? Мол, у бедных стариканов просто разыгрался склероз, они не виноваты…
Саша только вздохнула.
- Знаешь что… Мы могли бы с тобой полететь… найти каких-нибудь пастухов и попросить у них угольев из костра… Ты же так быстро летаешь!
- И принесем их сюда в клюве? – язвительно осведомился орел.
- Мы возьмем с собой жестяное ведро…
- Какая же ты умница! – вплеснула руками Хиха. – Сейчас я принесу!
Она повернулась и побежала к своим. Выслушав, что она им сказала, старички, заулыбались, громогласно выкрикнули: - Ура! Ура! Ура! – после чего сразу несколько человек потащили к ним ведра.
- Я и говорю: «сумасшедшие», – подытожил Кур-Кур.

Они летели в самом деле очень быстро. Кур-кур сразу набрал большую высоту, чтобы обзор был шире, и теперь размеренными движениями крыльев уверенно рассекал воздух. Крепко уцепившись за его шею, Саша наслаждалась полетом. Она давно высохла и согрелась – орел был горячий как печка.
- Вижу, - вдруг отрывисто бросил Кур-Кур и, круто изменив направление, пошел вниз.
Как Саша ни напрягала зрение, она ничего не увидела. Да, ее глаз уж точно никак не может сравниться с орлиным! Они пролетели еще приличное расстояние, прежде чем Саша смогла различить огонь в быстро сгущающихся сумерках.
У костра сидело несколько человек. Похоже, все люди этой местности одинаково невелики от природы; при виде спускающейся с небес огромной птицы, малыши бросились в рассыпную.
- Немедленно вернитесь, - приказал Кур-Кур тоном не терпящим возражений. – Если хотите, чтобы было по-хорошему! Не то…
Саша решила вмешаться.
- Добрые пастухи, мы просим несколько угольков из вашего костра. Наши лодки перевернулись, все вымокло, и люди… и спички тоже… а нужно развести огонь, чтобы согреться.
- Да, целая толпа стариканов рискует подцепить болотную лихорадку, - поддакнул орел. – Только этого нам еще и не хватало!
Дрожащая фигурка показалась из темноты.
- Давай, клади угли в ведро, - посоветовал орел. – Не  то хуже будет.
Малыш опасливо взглянул на орла, с любопытством оглядел девочку, после чего двумя палками начал выуживать из костра уголья.
- Большое спасибо, вы нам очень помогли, - поблагодарила Саша, когда ведерко заполнилось на четверть.
- Скажи спасибо, что я тебе нос не откусил, - буркнул Кур-Кур, подхватывая клювом ручку ведра.

За время их отсутствия маленькие люди набрали в лесу хвороста, нарубили дров и сложили большие костры, которые оставалось лишь поджечь. Скоро весело заполыхал огонь, в котлах закипела вкусная похлебка, от развешанной поблизости одежды повалил пар. После ужина малыши затеяли хоровод. Саша смотрела на это с большим умилением. Кур-Кур тоже немного поглядел, как они ходят с песнями вокруг костров, потом выразительно постучал себя по виску когтистым пальцем, и спрятал голову под крыло.

Первое, что Саша увидела утром, открыв глаза, была Синяя гора. Солнце поднималось как раз из-за ее пологого бока, холмы вокруг, покрытые густым лесом, были обычного зеленого цвета, а эта вершина почему-то казалась голубой. До нее было буквально рукой подать. Эта новость обрадовала всех, даже Кур-Кур не сказал ничего язвительного. Что самое приятное, не нужно было продолжать опасное плавание, до горы можно было дойти пешком.
Скоро они были на месте. Разбившись на отряды, малыши принялись осматривать склоны в поисках пещеры, в которой мог томиться крылатый народ. Кур-Кур вел разведку с воздуха.
Наконец он крикнул: «нашел» и спикировал вниз.
Наверное, лишь орлиный глаз способен был заметить с высоты эту трещину в скале. Даже вблизи трудно оказалось различить прямоугольник двери, которая в сущности была точно таким же камнем, как и скала.
Но одно дело найти, другое – открыть. Сколько малыши ни бились, у них ничего не вышло. Не получилось и у Саши. Да и как можно было бы это сделать, когда даже лезвие ножа не входило в щель, а на двери не было ни ручки, ни замка - вообще ничего.
Пригорюнившись, они сидели на камнях неподалеку от двери. От нечего делать Саша достала из рюкзака свою флейту. Она сняла пластиковый пакет, в который та была тщательно завернута – именно так должны были быть упакованы спички, чтобы не намокнуть вчера в реке! – и, вынув флейту из футляра, приложила к губам. Зазвучала нежная мелодия. Все слушали.
Вдруг камень рядом с ней зашевелился, сдвинулся, и из норы, которая под ним скрывалась, одна за другой  выбрались на землю три толстые крысы.
- Что прикажешь, Белая Царица? – поклонившись девочке, прошамкали они хором.
Саша, оторопев, молчала. Зверьки обращались явно к ней, очевидно принимая за кого-то другого. За какую-то неизвестную ей Белую Царицу.
Кур-Кур с интересом разглядывал зверьков.
- Не видите, Царица гневается! – бросил он, наконец.
Зверьки испуганно отпрянули.
- Мы не сделали ничего плохого, ничего плохого, - наперебой заверещали  они.
- Разве вы не забыли покормить летучий народец, а? – грозно пророкотал Кур-Кур.
- Ты, хозяйка, не давала знака, - бормотали крысы… Без твоего разрешения нельзя, ты сама так сказала! Они испортили твой бал и за это наказаны!
Саша решила подыграть Кур-Куру.
- Я передумала, - сказала она. – Немедленно покормите их!
Крысы поклонились, и нырнули обратно в свою нору.
Когда зверьки показались снова, на них уже были надеты длинные серые фартуки – толстые животы потешно выпирали вперед - и каждая катила перед собой тележку, груженную бочонками с медом. Они остановились перед дверью и первая крыса, отойдя в сторонку, ножкой надавила на какой-то камень.
Под землей гулко что-то стукнуло, каменная плита повернулась, и крысы покатили тележки внутрь горы. Очень скоро они вернулись обратно, тележки уже были пусты.
- Запереть их снова? – скаля в подобострастной улыбке острые зубы, спросила одна из крыс.
- Ни в коем случае, они никогда больше не будут сидеть взаперти! - строго покачала головой Саша. – Кроме того, я намерена устроить новый бал.
Крыса вернулась к двери и что-то крикнула туда вниз, в подземелье.
Сначала Саше показалось, что вылетели летучие мыши. Потом она поняла, что ошиблась. Крылья у этих существ, в самом деле, были как у летучих мышей – кожистые и перепончатые – но сами они оказались самыми настоящими людьми – только величиной в ладонь! Гораздо меньше, чем ее знакомые старички! Складывая за спиной крылья, малютки рассаживались вокруг Саши широким полукругом. В руках у них были у кого флейта, у кого скрипка, у кого барабанчик. Они выжидающе смотрели в ее сторону. У Саши перехватило дыхание, похоже, люди ожидали, что она начнет играть первой.
Но делать нечего, сама все затеяла!
Саша набрала полные легкие воздуха, приложила флейту к губам и заиграла. Крошечные музыканты немного послушали, прежде чем присоединиться, и скоро у Синей горы звучал целый оркестр.
Честное слово, получилось очень красиво! У Саши даже немного закружилась голова от сказочных звуков, что наполняли все вокруг! Даже не верилось, что она может так играть! Конечно, она не одна играла… но все же!
- Что же расселись, как истуканы?  - Кур-Кур помахал крыльями, поднимая с мест старичков. – Можете и потанцевать, я разрешаю. Самое для этого подходящее время!
Хиха первая бросилась в пляс, понемногу к ней присоединились и остальные. Даже Кур-Кур неуклюже перетаптывал ногами, правда, стоя на одном месте. Танцы продолжались до тех пор, пока танцоры с хохотом не повалились без сил на траву, Кур-Кур – тот, отдуваясь, сел на хвост. В общем, долго!
Все были довольны. Малютки-музыканты, отложив в сторону свои инструменты, раскланиваясь, со счастливыми улыбками аплодировали друг другу и Саше.
Бал несомненно удался!
И снова Саше подумалось, как и в прошлый раз… «Что, если бы она не вызубрила алфавит… Не стала учиться играть на флейте? Что сталось бы со всеми этими танцорами и музыкантами, а?»
Очень хорошо, что она не ленилась!